На Чукотке завершила работу исследовательская группа ботаников

09 Сентября, 2019

На Чукотке завершила работу группа ботаников, которые специализируются на водных растениях. Учёные проводили исследования и на территории «Берингии». Об итогах экспедиции, впечатлениях и открытиях рассказали пресс-службе национального парка.

 Исследовательская группа с научным сотрудником национального парка Анастасией Етылиной.

«Постепенно закрываем белые пятна»

Александр Бобров, Елена Чемерис (Институт биологии внутренних вод им И. Д. Папанина РАН, Борок, Ярославская область) и Ольга Мочалова (Институт биологических проблем Севера ДВО РАН, Магадан) завершили восьмой сезон на Дальнем Востоке. Они одни из немногих в России углублённо занимаются изучением водных сосудистых растений. На Чукотке, куда Александр, Ольга и Елена попали впервые в 2017 году, этой темой до них тоже почти никто не занимался.

– В 2017 году мы больше делали разведку, ещё не знали, что нас здесь ждёт. Побывали в окрестностях Лорино, Лаврентия, Амгуэмы, Марково, Анадыря, смотрели, какие есть типы водоёмов, собирали много материала. Экспедиция получилась очень успешной – мы нашли некоторые формы, о которых мы догадывались, что они должны быть, – рассказывает Александр.

После первичной обработки собранного в 2017 году материала стало понятно, что многого не хватает, поэтому, отработав сезон 2018 года на западной Чукотке, учёные решили вернуться в восточную часть региона.

– Работу на Дальнем Востоке мы начали с Магаданской области, затем проводили исследования на соседних территориях – на Камчатке, в Якутии, теперь на Чукотке. Постепенно мы закрываем белые пятна, – продолжает Александр.

 

«Всё первичное – здесь»

– В 70-80-е годы здесь на Чукотке активно работали ботаники из Санкт-Петербурга. Они исследовали флоры разных районов в целом. Водные растения отмечали, но постольку-поскольку. В воде биоразнообразие ниже, кроме того, сложно найти растения в воде, они сырые, их сложнее сушить. Когда учёные здесь начали работать, они находили на каждом участке россыпи новых видов, форм, эндемиков, поэтому на водные растения просто не хватало времени, – рассказывает Ольга.

– Нельзя сказать, что мы какие-то новые виды нашли, но зато мы нашли массу форм, которые являются первичными, которые не испытывали влияние ледников, не исчезали. Это очень интересно. Все наши молекулярно-генетические и филогеографические исследования показывают, что все первичное находится именно здесь, распространение форм шло именно отсюда и в западном направлении, соответственно, в европейскую часть России и западную Европу, и на восток – в Северную Америку, где уже шла вторичная иррадиация. Здесь, в берингийском рефугиуме, ледник был очень точечно, сплошного щита, как в европейской части, не было. Здесь мы находим исходные генетические типы. Что ни группа, всё повторяется – одну группу посмотрели, другую, третью. Всё не с проста, значит, так и есть, – продолжает Александр.

 

Берингийский мост

Чукотка и прилегающие территории интересны учёным с точки зрения вопроса Берингийской суши, связей с Северной Америкой, эволюции и видообразования растений.

– В этом году мы выбирали места по геологии, положению в ландшафте, по химическому составу воды с целью найти определённые виды растений, которые ещё никто на Чукотке не указывал, но они встречаются в западном полушарии в таких же условиях. Нам не хватало этих популяций для своих построений, и мы их здесь нашли, – делится Александр. – Особенно здорово получилось, когда мы попали в низовья реки Чегитун, заглянули в единственное понравившееся озеро, и сразу увидел то, что мы искали – настоящая удача.

– Есть очень любопытный вид водяного лютика, его описали в 50-х годах с Канадского арктического архипелага. Мы его нашли по каким-то обрывкам старых сборов, знали, что на Чукотке он должен быть, но конкретно ничего было не понятно. В 2017 году мы его стали находить – в Лаврентия, Лорино, Анадыре. Здорово получилось - вот он, Берингийский мост, вид есть здесь, вид есть на Аляске, в Канаде, чётко привязан к определенным местообитаниям. Потом мы провели его генетический анализ, посчитали число хромосом и оказалось, что он настолько сам по себе удивительный – это растение либо очень молодое производное в результате гибридизаций, либо очень древнее. Пока не понятно до конца, но однозначно вид уникальный, мы даже рекомендовали его к охране и включению в Красную книгу региона.

К сожалению, в этом году мы обнаружили, что он бесследно исчез из окрестностей Лаврентия, где в позапрошлом году встречался в изобилии.Что произошло – не понятно совершенно.

Изучение водяных лютиков. 

Сюрпризы «долины онкилонов»

В этой экспедиции учёным были интересны районы распространения основных кальцийсодержащих пород и термоминеральных источников, поскольку некоторые виды водных растений встречаются на Чукотке в районе термальных вод в очень большом удалении от основного ареала.

– К примеру, штукения гребенчатая – её ближайшие известные местонахождения – в бассейне Анадыря, и вдруг здесь, на восточной Чукотке, причём ровно в одном месте – Гильмымлинейские и Туманные источники. Или руппия морская живёт в море, а тут внутри тундры встречается локально в таких оазисах. Хотя этот «оазис» показал нам такой шквальный ветер! Палатки устояли только потому, что мы, как настоящие чукчи, обложили палатку глыбами по всеми периметру, – рассказывает Александр.– Мы это место назвали «долиной онкилонов». Ехали, тундра скучная, и вдруг такое пестроцветье яркое. Пар поднимается, всё кругом ярко-зеленое, иван-чай розовый, термальные поля белые, очень красиво.

– По Гильмымлинейским источникам есть публикации с перечислением видов. Очень интересно посмотреть, что здесь изменилось с 80 годов, хорошо бы сюда отправить группу ботаников, – продолжает Ольга. – Даже на глаз, часть видов, которые ранее там были приведены, мы не нашли. Возможно, они исчезли совсем, другой вариант – их стало меньше и мы могли их просмотреть. В списках были указаны крупные папоротники – сейчас их нет. По водным растениям список был далеко не полный. Но все, что там было описано, мы нашли в хорошем состоянии. Похоже, что их почти никто не посещает. Счастье, что эти источники такие труднодоступные.

Гильмымлинейские источники


«Романтика севера захватывает»

– Сейчас наша следующая задача – всё обработать,– объясняет Елена. – Методики современные, очень трудоёмкие, обработка занимает много времени. Изначально мы думали, что материал, который мы соберём на Чукотке, менее значительный и более локальный, но оказалось, что нужно связывать всё в систему с огромным массивом данных. Мы работали на соседних территориях, есть другие материалы к сравнению. Кроме того, есть материалы с американской стороны, мы используем их и включаем в свои исследования. В этой поездке появилась мысль съездить туда самим – на тихоокеанском побережье США мы еще не были. Мысль родилась, когда мы в очень солнечный день шли из Уэлена в сторону мыса Дежнёва и увидели Аляску.

У нас даже по некоторым группам растений выходит смешная ситуация: когда сводим данные, получается, что недостает материала по средней России. Получается, что у нас очень детально сделаны дальние территории, мы и другие коллеги из нашей исследовательской группы были в Якутии, Магаданской области, на Камчатке, Командорах, Курилах, в Приморье и Приамурье, а в более доступных местах материала не хватает. Конечно, здесь всё захватывает, вся эта романтика. Особенно, когда мозаика складывается.

В маршруте. Фото: Ольга Мочалова.

Оленьи источники. Фото: Ольга Мочалова.

В ивняках в пойме реки Уттывием. Фото: Ольга Мочалова.